Сеть молодежных независимых проектов,
объединенных общей целью – развитие общественной дискуссии в России
Ноябрь
27
Сб
Говорим об Афганистане | ЗаГраницы
Москва

Это было в новостях? | Санкт-Петербург, 27-28 ноября 2021
Санкт-Петербург
28
Вс
Может ли плановая экономика обеспечить долгосрочный рост и справедливое перераспределение?| Дебар
Нижний Новгород

Взаимоотношения в организациях: иерархия власти и харассмент | Лекция
Новосибирск

Какими мерами лучше стимулировать вакцинацию? | ДеБар
Новосибирск

Цифровой концлагерь или вынужденные меры?
Тюмень

«Мы не сдаёмся» | Пространство Кино
Москва

Анатомия агитропа | Пространство кино
Санкт-Петербург
29
Пн
30
Вт
Декабрь
1
Ср
2
Чт
3
Пт
4
Сб
5
Вс
Правая идея сегодня
Екатеринбург

Пространство Политика | Говорим о национальных республиках России
Санкт-Петербург
6
Пн
7
Вт
8
Ср
9
Чт
10
Пт
11
Сб
12
Вс
13
Пн
14
Вт
15
Ср
«Спираль молчания» Э.Ноэль-Нойман | ПолитREAD
Москва
16
Чт
17
Пт
18
Сб
19
Вс
20
Пн
21
Вт
22
Ср
23
Чт
24
Пт
25
Сб
26
Вс
27
Пн
28
Вт
29
Ср
30
Чт
31
Пт
Январь
1
Сб
2
Вс
3
Пн
4
Вт
5
Ср
6
Чт
7
Пт
8
Сб
9
Вс
10
Пн
11
Вт
12
Ср
13
Чт
14
Пт
15
Сб
16
Вс
17
Пн
18
Вт

Мировая война COVID


Состояние тревожности перед невидимой, но всеобъемлющей угрозой пронизывало нашу жизнь не только в 2020 году. Но кажется, что «не-конечность» истории сейчас ощущается сильнее всего. Я имею в виду, что когда я училась в школе, и на уроках истории мы говорили о войнах и катастрофах, мне чётко казалось, что мы наконец живём в завершённом мире, где нет страданий и проблем, и можно говорить о трагедиях только в прошедшем времени. Довольно скоро эти мысли исчезли, но я хорошо помню эту спокойную наивность, которую сменили различные страхи.

Пандемия подсветила под новым углом мои общечеловеческие страхи перед войной, неравенством, глобальным потеплением, удушением. Постоянный ореол смерти в ежедневных разговорах стал нормой, и человечество постепенно выстраивает новую реальность, в которой у коронавируса будет своя роль. Писатели и режиссёры начинают осмыслять новую действительность, прорабатывая новые травмы в своем творчестве, но как часто бывает у творцов, многие предсказали в своих историях пандемию и её роль в жизни человека.

Например, Макс Брукс — писатель с дислексией, выпустивший в 2006 году книжку про зомби «Мировая война Z» (‘World War Z’, или «Война миров Z»). По ней в 2013 году сняли одноименный фильм с Брэдом Питтом. Сразу признаюсь, что фильм так и не решилась посмотреть, так как из обзоров узнала о критических несоответствиях с первоисточником. В оригинале у книги нет главного героя, только безликий Рассказчик, разговаривающий с другими людьми (которые, в свою очередь, осчастливлены личностными характеристиками). Книга создана в жанре псевдо-документалистики и представляет собой большой сборник интервью. Нашествие зомби и война с ними уже несколько лет как закончились, и Рассказчик по заданию ООН собирает интервью у выживших участников войны — учёных, политиков, военных, мошенников, инженеров, врачей, сумасшедших и так далее. Интервью нужны для составления огромного и всеобъемлющего доклада по итогам войны. 

«Мировая война Z»Обложка книги

В чём интерес? В удивительных экономических, политических, военных решениях, которые приходится принимать во время эпидемии. Эпидемии зомби-вируса. 

Как происходит логистика миграционных потоков из очагов заражения? Как и куда организовывать эвакуацию? Как готовить и тестировать вакцину? Что делать с нечестными фармакологическими корпорациями, вбрасывающих на рынок фальшивые вакцины-пустышки с целью заработка на всеобщей катастрофе? Как вести себя лидерам государств — закрывать границы или пытаться помочь мигрантам? И всё это происходит в условиях, когда неумирающие зомби из затонувших лайнеров выходят из воды на побережьях по всему миру.

Каждый интервьюируемый имеет собственный ответ и взгляд на произошедшее, и невозможно читать эту книгу в 2020 году, не примеряя большинство реакций и действий на нашу коронавирусную реальность. Надо ли говорить, что по задумке Макса Брукса, «нулевой пациент» появился именно в Китае. 

Макс Брукс признается, что создавал эту историю, скрупулезно анализируя и проживая свои страхи. Его отец, еврей, прошел Вторую мировую войну, и часто рассказывал сыну об этом опыте. Брукс рос в 1980-е, его пугали войны, глобальные катаклизмы, эпидемия СПИДа, глобальное потепление. Жизнь в постоянной тревожности из-за огромных разрушительных процессов, на которые ты никак не можешь повлиять, привели Брукса к размышлениям о зомби. Образ бессмысленной, но глобальной угрозы, которая медленно надвигается, ничем не лечится, и кажется, что придёт за каждым, делает зомби-вирус неотличимым от любой другой пандемии.

Скриншот из игры по мотивам книгиСкриншот из игры по мотивам книги

В книге Брукса уделяется внимание ещё одной глобальной, волнующей его проблеме. Это разрыв между бедными и богатыми, и хрупкость привилегий. Западный «первый» мир не сразу чувствует всю мощь и опасность нового вируса — в то время как развивающиеся государства, или страны «третьего» мира, испытывают на себе всю тяжесть отсутствия доступа к базовым привилегиям вроде достойной медицины, вакцинации, элементарной защиты от атак зомби в ветхих жилищах, отсутствие воды, света и других первичных потребностей. На это накладываются тяжелые условия в лагерях для беженцев. Люди бегут от зомби-вируса, как от войны, в более богатые страны, надеясь найти спасение. Это тоже напоминает кое-что из современной мировой политики.

К тому же, в книге критикуется «общество потребления», которое настолько привыкло жить в комфорте и возможности мгновенно купить любую вещь или услугу, что люди в условиях Апокалипсиса оказываются неспособными обеспечить выживание ни себе, ни своим близким. Помимо прочего выясняется, что технический прогресс в таких экстремальных условиях — пшик, если отсутствуют люди (ведь их съели зомби), которые готовы обслуживать заводы, электростанции, серверные комнаты больших корпораций, заправки и торговые центры. В книге есть интервью с директором департамента стратегических ресурсов, созданного, чтобы заниматься переквалификацией бесконечного ряда пиарщиков, менеджеров, адвокатов и политологов в нормальный рабочий класс, который мог бы строить дома и укрепления, выращивать еду на фермах, работать на оставшихся предприятиях. Хороший повод задуматься о привилегиях информационной эпохи и экономики услуг.

Кадр из фильма по мотивам книгиКадр из фильма, снятого по мотивам книги

Конечно, книга является совершенной фантастикой, но использование зомби-тематики, чтобы раскрыть некоторые проблемы человечества, кажется отличной задумкой. Помимо вопросов неравенства и смерти, которые пронизывают книгу, появляются истории о медицинской этике, силе искусства в кризисные времена, психических отклонениях на фоне катастрофы, и об обычных человеческих слабостях и страхах. Брукс призывает помнить, что с миром в любой момент может произойти что-то страшное, и нам придется решать эти проблемы. 2020 год показал, насколько успешно человечество способно справляться с кризисами. 

Интересуясь темой влияния зомби на политические и экономические процессы, я наткнулась на другую книжку — «Theories of international politics and zombies» американского журналиста Дэниела Дрезнера. Суть можно уловить из названия — автор пытается проанализировать, как поведёт себя мировое сообщество, если завтра начнётся зомби-апокалипсис, и как эту проблему придётся решать мировым лидерам. Это скорее академический текст о стрессовых катастрофах для мировой политики, просто в качестве кризисного фактора выбраны зомби.

Изображение коронавирусаУсловное изображение коронавируса само по себе напоминает зомби — или мне кажется?

Кстати, если хотите почитать разбор фильмов о зомби, в которых обнаруживаются политические подтексты — пишите

Я, как и большинство людей, всю жизнь погружена в поп-культурный контекст: смотрю новинки кино и сериалов, читаю наиболее нашумевшие книги — и всегда меня развлекал процесс поиска в произведениях культуры «скрытых» политических, философских, идеологических смыслов. Иногда и вовсе не скрытых. Краткий разговор о зомби выше показывает, как фантастический элемент может быть отлично использован для демонстрации базовых политических вопросов. Так что этим текстом я хотела бы начать цикл статей для «Пространства Политика» с целью посмотреть, как о политике или политических, а иногда и философских идеях, говорят не самым очевидным образом — не языком исследований и трактатов, а языком, близким к нашей повседневной жизни, т.е. через поп-культуру. Многие произведения содержат в себе идеи, которые можно осмыслить через призму политического, хотя иногда эти идеи создают лишь фон для основных событий. Это легко заметить на примере тех же Людей Икс — команды из мира комиксов Marvel, которые репрезентуют меньшинства, не признаваемые и осуждаемые обществом. Рассматривать произведения через такую оптику зачастую неожиданно и просто забавно (особенно если говорить о мультфильмах).

Оптика

Основная мысль этого цикла проста: политика является базисом, на который мы настраиваем нашу жизнь, и который влияет на все наши взгляды и решения. Осознаём мы это влияние или нет — не так важно, но отрицать его нельзя. Политика везде, и даже если ты думаешь, что не интересуешься ею, называешь себя «аполитичным», ты встречаешь отголоски всюду — даже когда читаешь фэнтези или играешь в игру. 

Ни для кого не секрет, что аудитории намного проще потреблять и усваивать идеи и пропаганду через поп-культуру, простую систему образов и базовых архетипов. Когда-то это происходило через телевизор, сейчас через Netflix, но суть осталась та же.Воспринимая политику и политические идеи из продуктов массовой культуры, мы неосознанно формируем нашу картину мира, строим этические, политические координаты, в которые потом и пытаемся себя встроить. Поэтому интересно раскапывать в разных произведениях эти посылы и попытаться задокументировать полученные идеи. Зачастую ты можешь не знать, как называется твоя идеология, как она оформлена и в каких академических текстах представлена, но ты знаком с <name>, где эта идея повлияла на события или создала контекст, и косвенно влияла на восприятие.

В конце хотелось бы отметить, что, говоря «массовая культура» (или «поп-культура»), я не подразумеваю дихотомию «массовая - элитарная» как формы низшего и высшего искусства. Это просто удобная характеристика контента, созданного не только для ценителей, но и для более широкой публики.

Надеюсь, нас ждет плодотворный разговор.

* * *